Прогресс в этой области за последние годы так велик, что позволяет ожидать в самое ближайшее время новых кардинальных успехов. Уже сейчас можно неизмеримо определеннее, чем всего лишь пять лет назад, ответить на вопрос: «Что же чужое в чужом сердце?»

Несколько лет назад можно было сказать только, что это — антигены, и не было никаких представлений о том, какие они, сколько их, где они находятся и как наследуются.

Первая — это с их помощью впрыскивать внутрь клетки те соединения, которые неспособны проходить через цитоплазматическую мембрану. У липосомы жидкая липидная оболочка, и у клетки тоже. Если эти оболочки достаточно сблизятся, то опи сливаются, как две капли ртути. Мембраны объединяются, и начинка липосомы попадает внутрь клетки.

Вторая — это с помощью тех же липосом заставлять молекулы путешествовать по организму так, как это делают корпускулы — клетки, обломки

Президент международного общества иммунологов Майкл Села на конференции, посвященной 150летию со дня рождения Пастера, выступил с докладом, имевшим прямое отношение к этому вопросу. Доклад назывался «Вакцины будущего». Села предлагает искусственно синтезировать уникальные молекулярные структуры ключевых антигенов возбудителей болезней, а затем несколько таких антигенов можно объединить »в одной молекуле. Полученная вакцина будет, во-первых, иммунизировать сразу против нескольких

О своем недуге он говорить не любит. «Знаете, друзья и то замучили меня своими расспросами». В сентябре 1979 года Субуку было пересалено второе чужое сердце. Первое было отторгнуто организмом по прошествии двух лет.

А у инженера Фернандо Гомеса из Испании до сих пор вообще никаких проблем с новым сердцем не было.

Ему 27 лет. После тяжелого инфаркта выход для него был один — трансплантация.

Все клетки с необычным антигенным набором уничтожаются как потенциально раковые. Возможно именно поэтому опухоли обычно возникают у пожилых людей, когда иммунологические реакции организма ослабевают. Показано, что угнетение иммунореактивности различными экспериментальными способами приводит к более частому развитию рака. К 1971 году во всем мире уже было сделано более 5000 пересадок почки. Все оперированные

Именно Фрэнк Вернет, нобелевский лауреат по иммунологии, директор Института медицинских исследований имени Вальтера и Элизы Холл в Мельбурне, предложил в 1960 году своему молодому сотруднику Джеку Миллеру заняться «расследованием» роли тимуса в иммунитете. Между прочим, теперь Миллер заведует крупнейшим отделом этого института. А тогда Джек Миллер уезжал из Австралии на стаяшровку в Лондонский национальный институт медицины. Главной

Инструктивные теории иммунитета, в которых антигену отводилась роль прямой матрицы антител и которые еще недавно считались единственно верными и незыблемыми, вдруг в течение всего лишь нескольких лет оказались совершенно несовместимыми с победно шествующими, многократно подтвержденными представлениями молекулярной биологии.

Тень сомнения, брошенная на инструктивные теории новыми данными параллельно развивающейся, прекрасно экспериментально обоснованной, уверенной

Тимус выглядит буквально нафаршированным ими, а клетки, родоначальницы железы, оттесняются в ее центр (эту часть называют мозговым веществом, а периферию, где господствуют лимфоциты,— корковым). Формирование тимуса заканчивается к четвертому месяцу утробной жизни.

Масса вилочковой железы у новорожденного ребенка » 10—15 граммов, почти полпроцента массы всего тела. Заметим для сравнения, что селезенка новорожденного

Они пустили в ход свое самое сильное оружие — отбор. В течение последних лет врачи всего мира с беспокойством констатируют, что те возбудители, которые нацело уничтожались антибиотиками еще 15—20 лет назад, сейчас обрели устойчивость против них. Резко изменились свойства возбудителей многих инфекционных болезней. Подлинным бедствием хирургических клиник и родильных домов стала «чума XX века» — новая

Но в организме делятся не только лимфоидные клетки. Например, постоянно идет обновление красной крови, и применение таких иммунодепрессоров всегда сопровождается опустошением костного мозга и анемией.

Поэтому главная задача, стоящая сейчас перед иммунологами, работающими над проблемой подавления иммунитета,— это поиск специфических иммунодепрессоров. Различают два уровня специфичности: тканевой