Дифтерийный токсин

Выясняется, что не только дифтерийный токсин, но и специфичность антител к нему в лошадиной сыворотке не существенны в получении анафилактического шока. Повторное введение одной и той же неиммунной лошадиной сыворотки приводит к тем же результатам.

Но вот здесь — стоп! Существенным оказалось использование именно одной и той же лошадиной сыворотки. Далее обнаруживается, что анафилаксию можно вызвать у свинок не только введением чужеродной сыворотки, но и инъекцией других веществ. Например, альбумина из обычного яйца. Но шок опять-таки развивается только тогда, когда второй раз вводится то же вещество. Вторичная реакция очень специфична, а это уже прямое указание на иммунологическую природу явления. Определяют в пробирке наличие антител у иммунизированных яичным альбумином животных — они есть. Не они ли виновники гибели? Сыворотку иммунизированной свинки вводят другому здоровому животному. Затем ему внутривенно вводится аниген. Результат? Анафилактический шок!

Значит, именно антитела приводят к гибели.

В этих экспериментах выявилась еще одна очень характерная особенность явления. Если разрешающую дозу антигена вводили сразу после инъекций антител, свинки не погибали. И только через несколько дней внутривенно введение антигена начинало убивать животных. Следовательно, для развития анафилактического шока недостаточно просто присутствия антител в крови, должны пройти еще какие-то процессы. Стали следить за судьбой введенных антител. Оказалось, что через некоторое время они уходят из крови и фиксируются на клетках различных, в первую очередь хорошо снабжаемых кровью органов. Легкие и бронхи относятся именно к таким органам, а при анафилаксии свинок самый характерный признак — удушье. Круг поисков начинает сужаться. Выяснено, что после введения антител сроки повышенного реагирования на антиген совпадают со временем закрепления гамма-глобулинов на клетках.

Вперед, исследователь! Теплее, теплее, горячо! — как в детской игре.